↓
 ↑
Регистрация
Имя

Пароль

 
Войти при помощи
Размер шрифта
14px
Ширина текста
100%
Выравнивание
     
Цвет текста
Цвет фона

Показывать иллюстрации
  • Большие
  • Маленькие
  • Без иллюстраций

Обратная сторона луны (джен)



Автор:
Беты:
miledinecromant Бетство пролог-глава 408, главы 414-416. Гамма всего проекта: сюжет, характеры, герои, вотэтоповорот, Мhия Корректура всего проекта
Фандом:
Рейтинг:
R
Жанр:
Общий
Размер:
Макси | 5528 Кб
Статус:
Закончен
Предупреждения:
Смерть персонажа
 
Проверено на грамотность
Эта история про одного оборотня и изнанку волшебного мира - ведь кто-то же продал то самое яйцо дракона Квиреллу и куда-то же Флетчер продавал стянутые из древнейшего дома Блэков вещички? И, конечно, о тех, кто стоит на страже, не позволяя этой изнанке мира стать лицевой его частью - об аврорах и министерских работниках, об их буднях, битвах, поражениях и победах. А также о журналистах и медиках и, в итоге - о Волшебной Британии.
В общем, всё как всегда - это история о людях и оборотнях. И прежде всего об одном из них. А ещё о поступках и их последствиях.
QRCode
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава

Глава 317

А пока Скабиор разрывался между подготовкой к аукциону, стрелковыми соревнованиями, которые ему тоже хотелось увидеть, и торговым павильоном, в Хогсмиде шумела весёлая ярмарка, на которую собралась вся — или почти вся — магическая Британия.

Для пятикурсницы Лоис Керк этот день был удачным: слава Мерлину, её брат-надоеда Лоуренс, учившийся на два курса младше, отправился в Хогсмид с приятелями по квиддичу из запасного состава команды, разбавленного громкими рыжими близнецами из основного. Сама Лоис на ярмарку отправилась вместе с подругами, с которыми довольно быстро рассталась, так как в Хогсмид её привели вовсе не поющие яблоки и гигантские тыквы, а Гарольд, с которым…

С которым было всё сложно.

Его появление в их доме Лоис восприняла не слишком-то радостно — в отличие от брата, который очень скоро сдружился с их новым жильцом, быстро позволив ему занять пустующее в своем сердце место никогда не существовавшего старшего брата. Лоис же отцовский ученик скорей раздражал — во-первых, потому, что ей хотелось хотя бы дома отдохнуть от чужих глаз, а во-вторых, потому, что этот Гарольд отнимал часть того и так слишком краткого времени, что ей удавалось провести с папой. К тому же, Лоис не могла не думать о том, а не стал ли этот ученик-оборотень ему ближе, чем его собственные, родные, но всё ещё остающиеся обычными людьми дети, который его бросили в самый тяжёлый момент? Наконец, банальная невозможность теперь завтракать или ужинать в пижаме тоже не добавляла ей симпатии к их новому постояльцу — однако Лоис, будучи хорошо воспитанной, ничего, конечно же, тому не говорила, лишь стараясь как можно реже попадаться ему на глаза.

Да и что она могла бы сказать и кому? Отцу, перед которым ей до сих пор было стыдно за то, что они тогда так и не навестили его в больнице? Маме, которая — Лоис точно знала — тоже винила себя, вспоминая об этом, и потому не могла, разумеется, отказать в приюте ещё одному оборотню? Брату, который просто радовался появлению в его жизни нового взрослого друга? Самому Гарольду, который и так смущался по делу и без? Подругам, которые у неё хоть и остались, но с которыми она вообще семейные темы не поднимала, особенно после того, что случилось с отцом?

И всё бы так и осталось, если бы не одно происшествие, случившееся весной у восстановленной и превращённой в музей Визжащей хижины, которое стало логическим завершением чёрной полосы в жизни Лоис.

После того, как их отца обратили, и он решил сам оборвать свою жизнь, а затем, не менее неожиданно, вдруг вернулся, если можно так выразиться, из мертвых, Лоис и её брату в школе пришлось нелегко. Дело было не только и не столько в самом факте того, что их отец стал теперь, фактически, магическим существом, но и в том, как именно произошло обращение. И, конечно же, подростки не могли упустить такой изумительный повод подразнить своих однокашников. Сказалось тут и общее напряжение в волшебном обществе, и мрачные заголовки в прессе, и, конечно же, бессмертное противостояние домов Годрика и Салазара. Представители последнего не могли, разумеется, не использовать историю незадачливых рыбаков для насмешек, их идеологические противники же, с одной стороны, защищали своих, с другой, после им же весьма нелицеприятно пеняли за это. Однако и сам факт того, что оборотень живет так близко к школе, не добавлял Керкам популярности. Лоис с трудом выносила все эти шепотки и взгляды — в том числе и сочувствующие. Она старалась ходить с гордо поднятой головой и поддерживать брата, который то и дело срывался, и дело иногда доходило до драк, однако самой ей поговорить было не с кем, а расстраивать родителей после всего, что случилось, она не была готова.

Последней каплей стало весеннее посещение Хогсмида. Ей просто хотелось побыть одной, успокоиться, и ноги сами понесли её к Визжащей хижине. Однако уединения искала не только она. Подошедшие одноклассники снова подняли эту тему — и, слово за слово, дело дошло до дуэли, когда девушка, окончательно выведенная из себя в тысячный раз повторяемыми остротами, выхватила свою палочку и наставила её на своих обидчиков, оказавшись одна против всех, не важно, какого цвета шарфы на них были. Если бы она знала, как накладывать непростительные — сидеть бы ей всю оставшуюся жизнь в Азкабане, однако те не были ей известны, да и вообще ЗОТИ не было её любимым предметом, и дуэли давались ей тяжело.

Вероятно, всё это закончилось бы бедой, если бы не невесть как оказавшийся там Гарольд, который…

Будь это какой-нибудь дамский роман, или героический эпос, он бы, конечно, с лёгкостью раскидал всех и спас прекрасную даму, завоевав этим её сердце, однако это была просто жизнь. Выступление его вышло весьма эффектным, закончилось оно массовой дракой, из которой Гарольд хотя и выбрался победителем (ибо Лютный — это всё-таки Лютный, и ты либо учишься драться, либо живешь не слишком долго и не слишком счастливо), однако весьма потрёпанным. Впрочем, противникам его тоже досталось: на ком-то из них были порезы, у кого-то была сломана рука, у кое-кого чудовищно распухли от жалящего нос, брови или уши, а Гарольд отделался парой порезов, склеенными на левой руке пальцами и огромным фиолетовым фингалом под левым глазом.

И если бы с порезами они ещё как-то могли справиться, купив в аптеке бадьяна, то с пальцами ни он, ни она не представляли, что делать, посему дома пришлось признаваться — и пока Эмили, капая на поверхностные, по счастью, раны Гарольда тем самым бадьяном, а затем снимая заклятье с его пальцев, благодарила его за помощь, Лоис почему-то так и не сумела выдавить из себя ничего, кроме невнятного:

— Правда, большое спасибо.

Однако с того случая что-то неуловимое в их отношениях изменилось — пропала её раздражительность, а сама Лоис и её брат, нашли, наконец, что отвечать на насмешки про оборотней, говоря, что они, по крайней мере, отлично дерутся и не трусят вступать в драку с превосходящими силами.

А потом случилось то громкое ограбление, а затем появился этот фонд во главе со спасшим её отца человеком — и статус самих Керков неожиданно резко и кардинально переменился. Вернее, изменилось отношение к оборотням, которые вдруг вошли в моду — и теперь обращённые к Лоис и Лоренсу вопросы содержали в себе, скорее, острое любопытство. А уж когда выяснилось — брат с сестрой не запомнили, как — что знаменитое пальто мистера Винда сшито их отцом лично, Керки неожиданно для себя стали в Хогвартсе фигурами достаточно популярными.

А Лоис ближе к лету поймала себя на мысли, что ждёт возвращения домой не только потому, что скучает по своим родителям…

…Гарольда она встретила неподалёку от центральной площади и, радостно сжав его руки, спросила:

— Что ты тут делаешь?

— Листовки раздаю, — ответил тот, забавно краснея. — Родители твои дома — сегодня большая торговля. Проводить тебя?

— Проводи, конечно, — кивнула она, и пошутила с очень серьёзным видом: — А то вдруг заблужусь.

* * *

Ловко лавируя среди пестрой толпы, останавливаясь то тут, то там и на ходу решая миллион возникающих в самый последний момент вопросов, Скабиор был уверен, что этот день уже ничем не сможет его удивить, однако ошибся — и не был уверен, что этот неприятный сюрприз будет последним: совершая очередной круг от «Вредилок Уизли» к арендованному их фондом павильону, он едва не сбил с ног МакТавиша — и узнал его только после того, как, торопливо извинившись, собрался было уже продолжить свой путь. Узнал — и застыл на месте, буквально с открытым ртом, потеряв шанс тихо и быстро исчезнуть и вынужденный теперь вежливо поздороваться, нервно облизывая пересохшие губы.

— Ты дементора словно увидел, — добродушно пошутил МакТавиш, отвечая на его приветствие. — Не ожидал встретить старика в столь людном месте?

— Нет, — честно признал Скабиор. — Ну, хорошей вам прогулки, мистер МакТавиш, и доброго дня, — вежливо проговорил он, демонстрируя недвусмысленное намерение продолжить свой путь и краем глаза замечая двух волшебников с физиономиями, явно принадлежащими к органам правопорядка, сопровождавших МакТавиша на некотором расстоянии от него и стремившихся быть как можно более незаметными.

— К чему такие церемонии между старыми друзьями? — с улыбкой возразил МакТавиш. — И, кстати, познакомься, — сказал он, выводя вперёд рыжих, как и он, подростков, очень друг на друга похожих. — Мои внуки, Эйдан и Айлен. Мистер Кристиан Говард Винд, — представил он их и, не желая замечать замешательства Скабиора и любопытных взглядов, которые те на него кидали, продолжил: — Тёплый сегодня день — словно только сентябрь кончается. Давно не было такой славной погоды на ярмарку.

— Ну, солнца-то мы все ожидали, — беря себя в руки, отвечал Скабиор, которого присутствие внуков и удивило (собственно, его скорее изумил сам факт их существования — слишком уж МакТавиш казался ему неподходящим для семейных отношений человеком, да и сам образ жизни его не то, чтобы располагал к подобному). В конце концов, вряд ли МакТавиш станет вести серьёзные разговоры в их присутствии… Подростки тем временем очень внимательно его разглядывали, и если юноша смотрел на него оценивающе, то его в глазах его сестры читалось неприкрытое любопытство.

— Бегите-ка, — сказал им МакТавиш, — купите себе чего-нибудь — и приходите уже в «Три метлы», — близнецы кивнули и тут же исчезли, направившись к ожидавшей их неподалёку компании, в которой Скабиор разглядел младшего Керка. — Я не поздравил тебя с впечатляющими ТРИТОНами, — продолжил он, переводя взгляд на своего собеседника, и неспешно направляясь в сторону «Трёх мётел». — Большое дело… Искренне за тебя рад.

— Ну, надо же было где-то питомца постатуснее раздобыть, в конце концов, мне нужно должности соответствовать — пошутил Скабиор, не имевший ни малейших сомнений в том, что, раз уж МакТавиш до сих пор интересуется его жизнью — значит, знает и эту историю. — А вы, значит, по-прежнему за мною следите.

— Да тут и следить не нужно, — возразил МакТавиш. — Достаточно внимательно газеты читать… и заметь, — кивнул он, — тебе опять повезло — на сей раз, в определённом смысле, породниться с ещё одним семейством законников.

— Ну, — усмехнулся Скабиор, — я бы не назвал это родством.

— Не скажи, — возразил МакТавиш. — Заводчики животных порой относятся к ним лучше, чем иные родители к детям… Расскажи мне, — продолжал он, — как твои подопечные? Я читал репортаж в «Пророке» — очень милое место. И тихое, судя по всему… но на колдографиях я увидел не всех.

— Не все поместились, а некоторые были уверены, что ужасно получились бы на колдофото — сами понимаете — искусство света и тени, — пояснил Скабиор. — Ну и некоторые лица для этого, говорят, просто не созданы. Но все в добром здравии… и, раз уж у нас с вами зашёл такой разговор, могу я задать вам встречный вопрос?

МакТавиш кивнул, и Скабиор продолжил:

— Могу я узнать, как дела у, — он задумался, — тех, кто сейчас в не менее тихом месте? Хотя, я слышал, что волны там порой слишком шумно бьются о стены.

— Шумят, но к этому привыкаешь, — успокаивающе ответил МакТавиш. — И они привыкают… Живут себе потихоньку — кто по трое, а кто и вчетвером. И тоже, насколько я знаю, находятся в добром здравии… разве что немного страдают от скуки.

— Скука — это не самое страшное, — кивнул Скабиор.

— Ну, тут тебе виднее, — заулыбался МакТавиш. — Самому-то тебе сейчас, как я понимаю, скучать некогда? Большая политика требует много времени.

— Да ну, какая политика, — поморщился Скабиор. — Но почему, собственно, у тех же карг общество есть — а у нас до сих пор не было?

— Всё верно, Кристиан, всё верно, — покивал МакТавиш. — Замечательная и очень правильная инициатива… И у тебя очень сильное лобби — но если тебя интересует стариковский совет, — он вопросительно посмотрел на Скабиора и продолжил, лишь дождавшись его кивка, — то я бы напомнил тебе, что, глядя вперёд, нужно не забывать время от времени оглядываться назад и следить за своей спиной. Ибо то, что ты делаешь, знают, без преувеличения, все — но, во-первых, не всем это нравится, хотя вслух они ничего не скажут, а хуже нет врагов, чем те, о которых не знаешь. Но поверь, они у тебя есть.

— Я догадываюсь, — усмехнулся Скабиор. — Ничего… я всю жизнь так прожил. Поздно уже привычки менять.

— Во-вторых, — понимающе кивнул МакТавиш, — как ты и сам знаешь, всегда найдутся те, кто захочет на этом нажиться. Ты ведь знаешь, как прихотливо и неожиданно порой трансформируются в Лютном подобные инициативы и, боюсь, теперь благотворительные организации начнут расти, как грибы — сам понимаешь, нет ничего проще, чем воспользоваться чужим громким именем. Я, конечно, намекну, со своей стороны, особо рьяным, что наживаться на подобных делах дурно и просто невежливо, однако ты должен помнить, что у нас свободная страна для всех видов предпринимательства — и это частное дело каждого, как именно обманывать своего ближнего и стоит ли это делать.

— Благодарю за совет, — помолчав, сказал Скабиор, который, к стыду своему, ни о чём подобном не думал, — и за… обещанную беседу.

— Ну что ты, — добродушно улыбнулся МакТавиш, — о чём говорить — не чужие, всё-таки, люди… Пока тебя, разумеется, спасает твоя репутация — и она будет ещё какое-то время удерживать особенно предприимчивых от слишком активных действий, я полагаю — однако же время летит быстро, репутация — вещь очень хрупкая, а любой даже небольшой скандал может очень больно по вам ударить. Самые громкие скандалы, как правило, начинаются из-за одного сикля, когда он оказывается не в том кармане. Люди не станут жертвовать, если не будут уверены, что их деньги дойдут точно до адресатов и адресат этот тот, кем представился.

— Я подумаю об этом, — пообещал Скабиор, повторив, — спасибо.

— Вот хорошо Мунго, — рассмеялся МакТавиш, подходя, наконец, к «Трём Мётлам» и снимая заглушающее, которое Скабиор не успел заметить, зато теперь звуки вокруг казались ему ярче и громче. — Если ты кинул в фонтан Атриума монетку — ты можешь быть абсолютно уверен, что она попадёт точно по назначению. Ну, — проговорил он, заглянув в широко открытую дверь, — я смотрю, внуки меня уже заждались… хорошего дня тебе, Кристиан. И не забывай старика — навещай иногда.

— Непременно, — кивнул Скабиор. — Хорошего дня вам.

И, проводив глазами скрывшегося в «Трёх Мётлах» МакТавиша, отправился к месту проведения аукциона.

Глава опубликована: 12.08.2016
Предыдущая главаСледующая глава
20 комментариев из 34399 (показать все)
Ta_nusia Онлайн
🤭🤭🤭
miledinecromant
Ta_nusia
Вам ответит Бета, как главный по крипоте и кровь-кишочкам.
Да, для это в планах (неизвестно какой дальности) и живёт под кодовым названием "Он волком бы выгрыз бюрократизм" ))))
ЖДУН АКТИВИРОВАН
Мой любимый кусок лета и вообще жизни — тот, где я наслаждаюсь Вашим творчеством. И он наконец настал <3
Alteyaавтор Онлайн
Elegant
Мой любимый кусок лета и вообще жизни — тот, где я наслаждаюсь Вашим творчеством. И он наконец настал <3
Спасибо! ))
fialka_luna Онлайн
Я все-же взялась за «Луну» и не могу оторваться. Прочла примерно 70% и жалею, что читаю уже в готовом виде, не в «онлайн» режиме, когда ждёшь новую главу и невероятные обсуждения в комментариях.


Какие живые герои, я внутри вашей Вселенной и мне очень сложно возвращаться в реальность.
Alteyaавтор Онлайн
fialka_luna
Я все-же взялась за «Луну» и не могу оторваться. Прочла примерно 70% и жалею, что читаю уже в готовом виде, не в «онлайн» режиме, когда ждёшь новую главу и невероятные обсуждения в комментариях.


Какие живые герои, я внутри вашей Вселенной и мне очень сложно возвращаться в реальность.
Спасибо вам! ) Это так приятно. )

Я думаю, немножко можно и не возвращаться. Считайте это маленьким отпуском от реальности .)
fialka_luna Онлайн
Спасибо! Это было незабываемое путешествие.
Скабиор, Стая Фенрира, Гвен, оборотень-пожарный, оборотень-кузнец,британские и ирландские волчата- настолько все они разные, каждый по-своему интересен и объединяет всех Луна.

Два вопроса остались
«Скелет из сундука» Бэлби
Грейбек отец Кристиана?
Дневник Фенрира, вот что больше интересует.

А Хадрат, чувствую, ещё даст прикурить...
Alteyaавтор Онлайн
fialka_luna
Спасибо! Это было незабываемое путешествие.
Скабиор, Стая Фенрира, Гвен, оборотень-пожарный, оборотень-кузнец,британские и ирландские волчата- настолько все они разные, каждый по-своему интересен и объединяет всех Луна.

Два вопроса остались
«Скелет из сундука» Бэлби
Грейбек отец Кристиана?
Спасибо, что прочитали. )

1. Однажды, может быть, у нас дойдут до него руки.
2. Нет, конечно, нет. )
fialka_luna

Про Хадрат будет дальше в серии. Читайте дальше. Да, она свою роль там сыграет.
Навеяло)

его сердце
пришито
к дому его семьи
будь ты из аврората
либо со взглядом змеи
погоди, не тяни
пока нити
уходят в плоть
волк бежит
скулит хоть,
но жив... рядом...
научился отслеживать
взглядом
дистанцию
повороты
не важно
кто ты
с миром - живи
нет? - утони в крови
скорей всего
он уже чует
твой запах
четырехлапо
вывернется
из кожи
волк
тебя
уничтожит
Inconcsient
Красиво. На Маяковского похоже
Dreaming Owl
Inconcsient
Красиво. На Маяковского похоже
Спасибо!))
Показалось, что именно этот ритм подойдёт лучше всего)
Alteyaавтор Онлайн
Inconcsient
Навеяло)

его сердце
пришито
к дому его семьи
будь ты из аврората
либо со взглядом змеи
погоди, не тяни
пока нити
уходят в плоть
волк бежит
скулит хоть,
но жив... рядом...
научился отслеживать
взглядом
дистанцию
повороты
не важно
кто ты
с миром - живи
нет? - утони в крови
скорей всего
он уже чует
твой запах
четырехлапо
вывернется
из кожи
волк
тебя
уничтожит
Ого! ух ты! Спасибо! Как здорово!
Alteya
Inconcsient
Ого! ух ты! Спасибо! Как здорово!
Вам спасибо за прекрасную вселенную, в которую хочется погружаться снова и снова.)
Alteyaавтор Онлайн
Inconcsient
Alteya
Вам спасибо за прекрасную вселенную, в которую хочется погружаться снова и снова.)
Погружайтесь! ))
fialka_luna Онлайн
Удивил строгий министерский работник, который поёт по вечерам)
Alteyaавтор Онлайн
fialka_luna
Удивил строгий министерский работник, который поёт по вечерам)
Ну, должен же он отдыхать.))
Взялась за «Луну» снова, всё же выбор остановила на ней.
И… уже на второй главе, после момента о смерти Амелии, на кусочках о привычках Кристиана, полученных от матери, на словах «он отправился во взрослую жизнь налегке» почувствовала такую нежность! Такой трепет! И явный всплеск гормонов удовольствия)

Был прекрасный вечер на море, а ваше произведение делает его ещё лучше. Спасибо, дорогая Алтея!❤️‍🔥
Вы знаете, насколько моему сердцу дороги ваши произведения. Вы давно знаете))
Alteyaавтор Онлайн
Elegant
Взялась за «Луну» снова, всё же выбор остановила на ней.
И… уже на второй главе, после момента о смерти Амелии, на кусочках о привычках Кристиана, полученных от матери, на словах «он отправился во взрослую жизнь налегке» почувствовала такую нежность! Такой трепет! И явный всплеск гормонов удовольствия)

Был прекрасный вечер на море, а ваше произведение делает его ещё лучше. Спасибо, дорогая Алтея!❤️‍🔥
Уииии! ))) Как это приятно! )) Спасибо вам!)
Elegant
Вы знаете, насколько моему сердцу дороги ваши произведения. Вы давно знаете))
Я так рада этому. )) Так здорово !)
Чтобы написать комментарий, войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь

Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх